Оригинал: https://portkey-archive.org/story/5335 · Опубликовано: 07.11.2005
Рейтинг: G · Жанры: Драма, Романтика · Канон: книги 1–5 · Пейринг: Гарри/Гермиона
Саммари: «Какой же ты болван, если думаешь, что это хоть что-то изменит в нашей дружбе», — хрипло проговорила Гермиона, сдерживая чувства, которых не желала ему показывать. Ради него она будет сильной — рассудительной, надёжной, непоколебимой перед лицом грядущих испытаний. Именно это было ему нужно.
От автора: Я начала писать это сто лет назад, задолго до выхода «Принца-полукровки», для сообщества пятнадцатиминутных фиклетов в LiveJournal. Там дают слово-подсказку (в моём случае это был «промокший») и пятнадцать минут на текст. Сегодня под настроение я дописала сцену. Это одна из тех зарисовок, которые показывают, как должны были развиваться события в «Принце» — но, разумеется, не развивались.
Когда Гарри спустился из спальни мальчиков, он промок до нитки. Слава Мерлину, он был одет, но выглядел так, будто только что принял душ прямо в одежде и даже не удосужился вытереться. Либо так, либо Пивз вылил ему на голову ведро воды. А может, и не одно.
— Гарри… что случилось? — осторожно спросила Гермиона.
— Принимал душ, — коротко бросил он. Развивать тему Гарри явно не собирался, но Гермиона так просто не сдавалась.
— В одежде?
— Да.
— И… полотенца не нашлось?
Гарри пожал плечами; вода стекала с него прямо на коврик у камина.
— Просто захотелось промокнуть насквозь, вот и всё.
Гермиона нахмурилась.
— Тебя что-то… беспокоит?
— Всё в порядке, — отозвался Гарри чуть настойчивее, чем требовалось.
Гермиона кивнула.
— Ну хорошо. Ты в порядке. Если не считать того, что ты ни с того ни с сего принимаешь душ в одежде, а потом спускаешься сюда и заливаешь водой ковёр.
— Тебя это не касается, Гермиона, — отрезал он. — Почему ты никогда не можешь просто оставить меня в покое?
Гермиона попыталась было разозлиться, но в груди только тупо заныло. Так с ней он раньше не разговаривал… по крайней мере, всерьёз. Что-то такое порой проскальзывало, но открытой враждебности он не проявлял никогда. Подобное доставалось разве что Рону.
— Зачем ты тогда сюда спустился, Гарри, если знал, что я пристану с расспросами? — Гермиона изо всех сил старалась говорить сердито. — Если я тебе так мешаю, почему ты не обходишь меня стороной, как чумную?
— Потому что… потому что мне всё равно хочется быть рядом с тобой. С тобой… спокойно.
— Правда? — сказала она; его искренность заметно смягчила боль от резких слов.
— Да. Ты… ну, ты единственная, на кого я по-настоящему могу рассчитывать. Только ты всегда была рядом… даже когда я этого не хотел. Но теперь это уже не то спокойствие, что прежде, — печально сказал Гарри. — Потому что каждый раз, когда мы вместе, я понимаю, что, скорее всего, потеряю тебя. Нашу дружбу… скоро… слишком скоро.
Гермиона сглотнула, сдерживая слёзы. К чему он клонит и что за этим кроется, она не понимала, но видела, сколько боли, страшного опустошения и отчаяния таится в его поникших плечах. Ей хотелось избавить его от этого.
— Гарри, ты никогда меня не потеряешь. Обещаю. Я никогда тебя не оставлю.
Он пристально посмотрел на неё.
— Никогда? Неужели я не могу совершить ничего такого, чего бы ты не простила? Ничего, что тебя оттолкнуло бы?
— Нет, Гарри, — мягко сказала она. — Ты не способен сделать то, чего я не смогла бы простить. Ты слишком хороший человек, чтобы пойти на такое.
— А если нет? Что, если я стану убийцей?
— Гарри, с чего вдруг такие мысли?
Плечи Гарри совсем опустились, с волос сорвалось несколько капель.
— Помнишь пророчество? То самое, что разбилось?
Да разве такое забудешь?
— Конечно.
— Дамблдор знал, что в нём сказано, — произнёс Гарри со смертельной серьёзностью человека, готового огласить смертный приговор. — Когда мы вернулись в Хогвартс после той ночи в Отделе тайн, он мне рассказал.
Гермиона напряжённо ждала; Гарри отвернулся к камину.
— Там сказано, что именно я обладаю силой победить Волдеморта. Гермиона, там сказано: либо я должен убить его, либо он убьёт меня.
У ног Гарри натекла лужа, а Гермиона молча смотрела на него, осмысливая услышанное. Возможно, ей следовало бы потрясённо ахнуть, но в этом пророчестве не было ничего, чего бы она уже не знала: у Гарри действительно была сила одолеть Волдеморта, и в конце концов всё будет зависеть именно от него… Но Гермиона знала то, чего не знало пророчество.
Гарри победит. И если её слово хоть что-то значит, то, видит Мерлин, он победит.
— Какой же ты болван, если думаешь, что это хоть что-то изменит в нашей дружбе, — хрипло проговорила Гермиона, сдерживая чувства, которых не желала ему показывать. Ради него она будет сильной — рассудительной, надёжной, непоколебимой перед лицом грядущих испытаний. Именно это было ему нужно.
Гарри удивлённо обернулся, словно и впрямь ждал от неё чего-то иного. Гермиона лишь улыбнулась и закатила глаза.
— А теперь иди и переоденься в сухое, ради всего святого. Будешь так разгуливать — пневмонию подхватишь.
Гарри улыбнулся в ответ и послушно захлюпал ботинками вверх по лестнице. Едва он скрылся из виду, Гермиона позволила улыбке погаснуть.
Быть храброй ради него и правда оказалось нелегко. Любить его — нелегко.
Но кто-то же должен был, и она не уступила бы это право никому на свете.
От автора: Прежде чем вы броситесь писать отзывы: нет, я не собираюсь продолжать именно эту историю, и да, я скоро выложу финальные главы «Kissing Lessons» и «Just Below the Nose». Терпения, друзья. Я знаю, прошла целая вечность, но для меня время пролетело так, словно минул всего месяц.
