— Я, блядь, в это не верю! — рёв Сириуса пронёсся по площади Гриммо, немедленно заставив двух других обитателей скатиться по лестнице в разной степени раздетости. Гарри и Гермиона переехали в родовой дом Блэков после «визита» Риддика в министерство. Сириус объяснил некоторые из защитных свойств, присущих старой постройке. Все сошлись во мнении, что, пока всё не уляжется, жить в родовом доме — к лучшему.
— Сириус! Что случилось? — спросила Гермиона, пытаясь поправить огромную зелёную майку на своей стройной фигуре.
— Этот ублюдок, — пробормотал бывший беглец, игнорируя полуголых людей перед собой и сверля взглядом газету в руках.
— Что? — прорычал Гарри.
— Читайте сами.
Пара склонилась над гневно брошенным «Ежедневным пророком». Заголовок вызвал рычание у них обоих, когда в комнату вошёл Добби, только что проснувшийся после принудительного сна.
— Что происходит? — спросил маленький эльф.
— Мальчик-который-выжил оправдан! — прочитала Гермиона, вызвав лёгкий вздох у Добби.
— «На вчерашней пресс-конференции Верховный чародей и директор Хогвартса Альбус Дамблдор объявил о невиновности Мальчика-который-выжил. "Недавние доказательства действительно подтвердили, что Гарри Поттер не был виновен в убийстве своего сокурсника Седрика Диггори пять лет назад. В ходе дальнейшего допроса недавно схваченных пожирателей смерти было установлено, что истинным виновником был беглец Питер Петтигрю. Как верховный чародей Визенгамота, я с радостью объявляю Гарри Поттера снятым со всех обвинений. Я также приглашаю мистера Поттера в Хогвартс, если он прочтёт эту новость, для давно назревшего разговора при первой же возможности"».
Когда она закончила читать, все глаза обратились к Гарри. Только... это был не Гарри. Зелёные глаза были сплошным серебряным блеском, а его кулаки сжались до побелевших костяшек.
— Этот сраный, сморщенный, яйцесосущий кусок дерьма, — голос Риддика был холоднее прикосновения дементора, когда он повернулся, чтобы уйти, но был остановлен мягкой рукой, лёгшей на его голое плечо.
— Гарри. Я знаю, что ты расстроен. Я знаю, что ты планируешь убить этого ублюдка. Честно говоря... я тебя не виню. Но, прежде чем ты это сделаешь, давай позволим ему объясниться. Я хочу сначала услышать его причины.
Напряжение в теле Риддика немного спало от слов Гермионы. Медленно он повернулся и кивнул, когда они поднялись по лестнице в свою комнату, чтобы одеться.
— Я знаю, это, наверное, глупый вопрос... — начал Добби, когда молодые влюблённые покинули кухню, — но разве это не хорошо, что Гарри свободен? Почему все так расстроены?
— Потому что это доказывает, что Дамблдор наёбывал Гарри. Моя кузина Тонкс — аврор. Она бы сказала нам, если бы «доказательства» действительно были собраны. Это просто часть плана старика.
— А... ну, это должен быть занимательный разговор.
— Всё ради общего блага, — пробормотал Альбус Дамблдор, лениво поглаживая бороду.
Сидя за своим столом в Хогвартсе, пожилой директор оглядел свой просторный кабинет. Его взгляд упал на пустую жёрдочку, на которой когда-то сидел его фамильяр. Феникс, Фоукс, покинул его вскоре после того, как Гарри Поттера отправили в Азкабан. Альбус, однако, не беспокоился, ибо знал, что мальчику понадобится холодная личность, навязанная ему в волшебной тюрьме, чтобы спасти их всех. В конце концов, все увидят, что это было ради общего блага, и Фоукс вернётся.
— Дамблдор... — низкое рычание вывело Альбуса из задумчивости, и он посмотрел в особенно тёмный угол кабинета. Там стоял не кто иной, как Гарри Поттер. Используя свои очки, зачарованные видеть сквозь невидимость, Альбус смог разглядеть не менее десяти ножен для ножей на теле молодого человека. По крайней мере, в пяти из них находилось то, что выглядело как несколько метательных ножей.
— Гарри, мой мальчик! — восторженно заявил директор. — Я полагаю, твой отец был бы не слишком рад увидеть, что ты сделал с его плащом-невидимкой.
— Мне похуй, старик. И для тебя я Риддик.
— Ах, да... Ваш псевдоним. Я слышал истории о ваших деяниях в тюрьме. Должен сказать, ваши действия меня разочаровали.
— У тебя десять секунд, чтобы сказать мне, почему я не должен тебя убивать.
— Хорошо... Пожалуйста, присаживайтесь, — Дамблдор любезно указал на кресло у стола. Он нахмурился, когда тёмная фигура осталась стоять неподвижно. Тем не менее, не унывая, он вернул свою дедушкину улыбку и откашлялся.
— Кхм. Для начала, я хотел бы извиниться за необходимость вашего заключения. Видите ли, это было...
— Необходимость? — прервал Риддик, его рычание стало жёстче.
— Да. Двадцать лет назад было сделано пророчество. Оно предсказывало рождение ребёнка у родителей, трижды бросавших вызов Волдеморту. Ребёнка, который родится на исходе седьмого месяца.
— Меня.
— На самом деле, выбор был между вами и мистером Лонгботтомом. Однако, следующая часть пророчества гласила, что «Тёмный Лорд отметит его как равного себе». Этот шрам на вашем лбу доказывает, что именно вам суждено победить Волдеморта.
— Если ты это знал... — спросил Риддик, временно забыв о своём установленном лимите времени, — тогда какого, блядь, хера ты меня не тренировал?
— Это было частью плана, Гарри. Однако, чтобы научить вас тому, что было нужно, я счёл необходимым, чтобы у вас был определённый... темперамент, если хотите. Навыки, необходимые для победы над Волдемортом, очень... интенсивны. Мне нужно было, чтобы вы ожесточились (подмиг), прежде чем вы сможете их освоить. Мне нужен был холодный выживальщик.
— Вот почему ты подсунул меня Дурслям.
— Именно. Я надеялся, что их неприязнь к вам ожесточит (подмиг-подмиг) вас. Ваш первый день в Хогвартсе показал, что эта надежда не оправдалась (подмиг). Вместо одинокого волка вы были слабым и скромным ребёнком.
Судьба, однако, казалось, благоволила мне. Ибо в тот самый год лорд Волдеморт проник в школу в попытке заполучить философский камень. Я понял, что это была возможность превратить вас в воина, который нам был нужен. Помня об этом, я подбрасывал вам подсказки, чтобы направить вас к финальной конфронтации. На что я не рассчитывал, так это на Гермиону Грейнджер.
— Она держала меня в узде.
— Да. Я пытался повлиять на ваше развитие, но мисс Грейнджер держала вас мягким (ОХ!). На втором курсе я надеялся, что, позволив ей быть парализованной василиском, это заставит вас работать в одиночку. Потребовались довольно сильные чары принуждения, чтобы убедить её пропустить тот матч по квиддичу, особенно учитывая её идеальное посещение каждой игры после того, как вы двое стали друзьями.
— Но она всё равно сумела мне помочь.
— Ещё бы, блядь, я сумела, — Дамблдор бросил шокированный взгляд на дверь и увидел четырёх человек и одного эльфа. Близнецы Уизли, Сириус Блэк и невероятно злая Гермиона Грейнджер вызывающе смотрели на него. Посмотрев ниже, он узнал эльфа Добби. Это было невозможно! Он должен был почувствовать их вход, независимо от способа перемещения.
— Добби. Я не давал тебе разрешения входить в этот кабинет. Не говоря уже о том, чтобы приводить гостей.
— Жёсткое дерьмо, Дамблдурь, — сплюнул маленький эльф, снова шокируя старика.
— Хм... Неважно. Да, мисс Грейнджер. Я недооценил вашу преданность Гарри.
— А как насчёт меня? — мрачно спросил Сириус.
— Да, да. К концу вашего второго курса, Гарри, я заметил, что Рональд Уизли отвлекает вас. Используя свои связи, я позволил Уизли выиграть в волшебную лотерею. Было довольно просто убедить их поехать в Египет на лето. Тем временем, я уговорил министра посетить Азкабан для «инспекции». Зная его склонность к хвастовству, я убедился, что вы, Сириус, увидите фотографию семьи Уизли и «питомца» юного Рональда.
— Зачем вы отправили нашу семью из страны? — одновременно спросили близнецы, их гнев был очевиден.
— Чтобы помешать Сириусу просто вломиться в Нору и убить Петтигрю.
— Почему? — прорычал Риддик.
— Я надеялся, что вы столкнётесь с ним и убьёте его, когда узнаете, что он предал ваших родителей. Хотя министр Фадж и туповат, он не был бы настолько глуп, чтобы раскрыть такую информацию при обычных обстоятельствах. Особенно в переполненном пабе, полном склонных к сплетням детей.
Инцидент с «Молнией» тоже был моим планом. Когда метла прибыла на завтрак, мне удалось установить зрительный контакт с мисс Грейнджер. Через этот контакт я смог заставить её связаться с Минервой за вашей спиной. Я знал, что она никогда бы не пошла против вас без этого принуждения. Впоследствии, после того как вы убили бы Сириуса, я бы раскрыл правду, и вы начали бы замыкаться в чувстве вины, тем самым отталкивая мисс Грейнджер ещё дальше.
— А что насчёт турнира? — спросила Гермиона, её глаза были холодны от ярости.
— Да. Я знал, что Грюм, который прибыл в Хогвартс, был самозванцем. Сыворотка правды и заклятие забвения позволили мне узнать план Волдеморта. Когда ваше имя было выбрано из кубка огня, я снова установил тайный зрительный контакт с одним из ваших друзей. На этот раз, однако, это был Рональд. Не потребовалось много принуждения, чтобы убедить его, что вы умудрились попасть на турнир и не включили его. Я предположил, что, будучи брошенным вашим лучшим другом, вы вынуждены будете принять холодную личность, которая была необходима.
Я снова недооценил вас, мисс Грейнджер. Вы двое сблизились, тем самым твёрдо удерживая Гарри на светлой стороне. Когда был объявлен святочный бал, я вызвал вас в свой кабинет. Обоих.
— Я этого не помню.
— Это потому, что я стёр вам память, Гарри. После того, как я наложил чары принуждения, чтобы ни один из вас не пригласил другого на бал. Было благословением в маске, когда Гермиону пригласил Виктор Крам. Соперничающий чемпион и столь же известная личность помогли вбить клин между вами двумя. Когда мои коллеги-судьи решили, что Гермиона будет его заложницей во втором задании, я был в восторге.
Я позволил младшему Краучу направить вас к его хозяину. Было очень жаль, что вы почувствовали необходимость помочь мистеру Диггори. Когда вы двое исчезли из лабиринта, я думал, что мои планы рухнули. Вы разделили славу. Вы были абсолютно благородны. Однако, когда вы вернулись с кладбища с его телом, я знал, что нужно делать. Как только вас привлекли за использование магии несовершеннолетним, против вас были выдвинуты обвинения в убийстве мистера Диггори. Я знал, что только Азкабан сможет вас ожесточить.
Однако, после пяти лет, я начал верить, что мой план провалился. С тем, что я вижу перед собой, очевидно, что вы наконец-то готовы получить своё обучение.
— Так ты ожидаешь, что я просто последую за тобой. Ты меня наебал, ублюдок!
— Всё это было ради общего блага, Гарри. Я сожалею, что тебе пришлось страдать, но нам ты нужен был холодным.
— Если у тебя есть знания и сила, чтобы победить Волдеморта... — начал Джордж/Фред.
— Тогда почему ты просто не убил его сам? — закончил Фред/Джордж.
— Было пророчество, которое назвало меня избранным.
— Именно. Итак, мы действительно должны начать ваше обучение, Гарри. Волдеморта нужно остановить.
Старик едва вздрогнул, когда нож вонзился в нос его портрета прямо за ним, задев его ухо по пути.
— Слушай сюда, грёбаный ты кусок дерьма. Единственное, что ты собираешься сделать, — это умереть.
Однако, прежде чем Риддик смог сделать хоть шаг, дверь кабинета с грохотом распахнулась. Все были удивлены, увидев Невилла Лонгботтома, врывающегося в комнату с красным лицом.
— Гарри! Мне нужна твоя помощь!
— Что такое, Нев?
— Волдеморт схватил Луну! Мне нужно, чтобы ты помог мне её вернуть!
Рыкнув, Риддик повернулся, чтобы уйти. Он пропустил остальных за дверь, прежде чем повернуться обратно.
— Мне не нужна тренировка, мудак. Я убью Риддла и спасу Луну. После этого ты умрёшь.
Когда Риддик исчез за дверью, довольная улыбка расползлась по старым губам.
— Ради общего блага.
Она изящно закатила глаза, когда дверь её камеры со скрипом открылась и вошёл тёмный лорд.
— Да, мой лорд?
— Знает ли Поттер моё местонахождение. Ему как-то удалось найти меня раньше, но знает ли он, где я сейчас?
— Как я уже говорила, мой лорд, я вижу только в...
— Да! Да! Я знаю! Тогда скажи мне, чёрт тебя побери. Каковы шансы, что моё местонахождение всё ещё в секрете?!
— Шансы хороши, мой лорд... — начала она, видя, как он расслабляется, прежде чем взрыв потряс стены, — что он точно знает, где вы.
