Пир в честь рождения Дарьи отгремел, оставив после себя приятную усталость, пустые бутыли из-под «Слезы Василиска» и стойкое ощущение всеобщего братства. Жизнь в Глухих Буераках медленно, нехотя, возвращалась в свою привычную колею. Но что-то неуловимо изменилось. Появление маленького человека стало для деревни точкой отсчёта, началом новой эры. Это чувствовалось во всём: в том, как стали тише и уважительнее разговоры мужиков у лавки, в том, как женщины, проходя мимо дома Гоши и Груши, невольно замедляли шаг и прислушивались, надеясь уловить плач или смех младенца.
Но если для деревни рождение Даши стало символом обновления, то для Лорда Волдеморта наступил решающий момент. Теоретический анализ был завершен, выводы записаны. Оставалось лишь одно «белое пятно» в его бизнес-плане по созданию наследника: бытовая составляющая. Насколько ресурсозатратен процесс обслуживания новой единицы жизни? Не помешает ли это его глобальным планам?
Именно для прояснения этого вопроса, не откладывая дело в долгий ящик, он нанес свой визит в дом напротив.
Володя подошёл к дому Гоши и Груши как раз в тот момент, когда молодой отец с видом величайшего сосредоточения пытался искупать свою дочь. Процесс проходил в большой деревянной лохани, установленной прямо посреди комнаты. Гоша, закатав рукава, одной рукой неуклюже поддерживал крошечное тельце, а другой пытался поливать его тёплой водой из ковшика. Даша, которой, видимо, не нравилась эта процедура, выражала свой протест громким, требовательным криком. Груша стояла рядом с большим пушистым полотенцем наготове и давала мужу ценные указания.
— Гоша, осторожнее, не залей ушки! И спинку, спинку поддерживай!
Тёмный Лорд остановился на пороге, с нескрываемым отвращением наблюдая за этой сценой бытовой неэффективности.
— Поттер, твой уровень координации движений находится на уровне инфузории-туфельки, — произнёс он своим обычным ледяным тоном, заставив обоих родителей вздрогнуть. — Ты создаёшь излишний шумовой фон и стрессовую ситуацию для младенца. Процедура должна быть быстрой и точной.
Не дожидаясь приглашения, он вошёл в комнату.
— Дай сюда, — коротко приказал он.
Гоша опешил, но что-то во властном тоне бывшего врага заставило его подчиниться. Володя закатал рукава своей тельняшки, обнажив тонкие, жилистые руки с длинными, почти паучьими пальцами. Он подошёл к лохани.
— Техника безопасности, Поттер. Во-первых, температура воды. Должна быть ровно тридцать семь градусов. Ты проверял?
— Ну… она тёплая, — промямлил Гоша.
Володя презрительно фыркнул. Он опустил палец в воду, на мгновение замер, словно сложный термометр, и вынес вердикт:
— Тридцать пять и шесть. Недопустимо. Грейнджер, заклинание лёгкого подогрева, на полтора градуса. Плавно.
Груша, удивлённая, но заинтригованная, выполнила указание. Затем Володя продемонстрировал им то, чего они никак не могли ожидать. Он с невероятной, почти хирургической точностью и неожиданной нежностью взял из рук Гоши скользкое, извивающееся тельце. Его длинные пальцы легли на спинку и под шейку младенца так, что Даша мгновенно почувствовала себя в безопасности и перестала плакать.
— Во-вторых, фиксация, — менторским тоном продолжил он. — Голова всегда должна быть выше уровня воды. Тело погружается плавно, чтобы избежать температурного шока. Вот так.
Он опустил Дашу в воду с такой выверенной грацией, что она даже не пискнула. Напротив, оказавшись в тёплой воде, в надёжных, уверенных руках, кроха расслабилась и даже издала какой-то довольный, булькающий звук. Гоша и Груша смотрели на это, открыв рты. Лорд Волдеморт, злейший враг всего живого, купал их дочь, и делал это с профессионализмом опытной медсестры из роддома.
— В-третьих, — продолжал свою лекцию Володя, аккуратно поливая младенца водой из ковшика, — последовательность действий. Сначала голова, затем шея, складки, конечности. Всё быстро, чтобы избежать переохлаждения. Никакой лишней суеты.
— Откуда… откуда ты всё это знаешь? — наконец смог выговорить Гоша.
— Я читал, — просто ответил Тёмный Лорд, не отрываясь от процесса. — Инструкция по уходу за новорождёнными. Раздел «Гигиенические процедуры». Там всё предельно ясно изложено. В отличие от некоторых, я предпочитаю подходить к любому делу, изучив теоретическую базу.
Через пять минут процедура была окончена. Володя так же ловко извлёк из воды чистого, розового, абсолютно довольного младенца и передал его в руки ошеломлённой Груши, которая тут же завернула дочь в тёплое полотенце.
— Вот, — заключил Володя, вытирая руки о тряпицу с видом хирурга, закончившего сложнейшую операцию. — Эффективно, быстро, минимальный стресс для объекта. Учитесь, Поттер. Отцовство — это не только сентиментальные вздохи, но и точное соблюдение протоколов.
С этими словами он, не прощаясь, развернулся и вышел из избы, оставив молодых родителей в состоянии глубокого шока. Они переглянулись.
— Он… он только что назвал нашу дочь «объектом»? — неуверенно спросил Гоша.
— Да, — кивнула Груша, прижимая к себе тёплый, пахнущий ромашкой свёрток. — Но при этом искупал её лучше, чем мы оба вместе взятые.
Этот странный, почти сюрреалистичный визит стал последней каплей, последним «подтверждающим данным» в исследовании Володи. Он убедился, что процесс ухода за потомством, хоть и требует определённых навыков, вполне поддаётся освоению и систематизации. Он видел счастье на лицах Поттера и Грейнджер. Он чувствовал новую, спокойную силу, исходящую от них. Он проанализировал все «за» и «против». И решение было принято окончательно и бесповоротно.
Вечером того же дня, когда на деревню опустилась тихая, прохладная ночь, и в окнах зажглись тёплые огни, состоялся тот самый разговор.
Володя, как и планировал, подошёл к Беллатрисе, которая сидела на крыльце их избы и с мрачным вдохновением сочиняла очередную арию для своей оперы — «Плач покинутой кикиморы».
— Беллатриса, — произнёс он, и его голос был необычайно серьёзен.
Она тут же отложила свою тетрадь и вскинула на него преданные, вопрошающие глаза.
— Мои наблюдения завершены, — начал Тёмный Лорд без предисловий. — Проект «Поттер-Грейнджер» можно считать успешно реализованным. Референтная группа демонстрирует стабильные положительные показатели.
Беллатриса слушала, затаив дыхание, пытаясь понять, к чему ведёт её повелитель.
— Я провёл окончательный анализ и пришёл к выводу, что дальнейшее промедление нецелесообразно, — продолжил Володя, глядя куда-то вдаль, на далёкие, тёмные силуэты деревьев. — Род Слизерина должен быть продолжен. Стратегическая необходимость этого шага не вызывает сомнений.
Он сделал паузу, которая показалась Беллатрисе оглушительной.
— Фаза наблюдения и анализа завершена. Проект «Наследник» переходит в активную стадию.
Беллатриса застыла. Её сердце, казалось, перестало биться. Она поняла. Она всё поняла. Это не было предложением любви, не было признанием в чувствах. Это был приказ. Величайший. Самый желанный.
— Мы приступаем к реализации, — закончил Володя своим обычным, деловым тоном. — Пора.
В следующий миг Беллатриса соскользнула со своего места и опустилась на колени перед ним, прямо на холодные, дощатые ступени. Её лицо, обычно искажённое гримасой безумия, сейчас выражало почти святой экстаз. Она подняла на него свои огромные, полные слёз глаза.
— Мой Лорд! — выдохнула она, и её голос дрожал от переполнявших её чувств. — Я… я знала! Я ждала! Я готова!
Её обычная театральность, её вечная экзальтация сейчас были наполнены такой искренней, такой всепоглощающей радостью, что это было почти пугающе.
— Я выношу и рожу вам не просто одного наследника! Я рожу вам армию сыновей, которые будут достойны вашей крови! Они будут сильными, как вы! Безжалостными, как сама смерть! Они станут величайшими тёмными магами со времён Салазара Слизерина!
Володя посмотрел на неё сверху вниз, и на его лице промелькнула тень усталости.
— Достаточно одного, Беллатриса. И давай договоримся. Мы не будем воспитывать ещё одного Тёмного Лорда. Это утомительно и, как показала практика, не всегда приводит к желаемому результату.
Он протянул руку и, к её безграничному изумлению, коснулся её плеча, помогая подняться.
— Наш наследник, — сказал он, и его голос стал тише, почти задумчивым, — должен быть… эффективным. Умным. Способным не только разрушать, но и строить. Он должен понимать не только магию, но и агрономию. Он должен быть лучше, чем я.
Беллатриса, стоя перед ним, смотрела на своего повелителя широко раскрытыми глазами. Это была новая доктрина. Новая концепция. И она была готова принять и её.
— Да, мой Лорд, — прошептала она. — Эффективный наследник. Я всё поняла.
Она была готова. Готова к своей главной миссии. Её безумная, но безграничная преданность, наконец, нашла своё высшее предназначение. И в то время, как в соседней избе тихо спала маленькая Даша, символ новой, светлой жизни, рождённой от любви, здесь, на этом тёмном крыльце, под холодными звёздами, был запущен другой, не менее грандиозный проект. Проект, рождённый из холодной логики, стратегической необходимости и тёмных амбиций. И никто не мог предсказать, что родится из этого странного, невозможного союза.