Ещё одну главу

Мне двадцать пять. Я снова пропадаю. За шторой день, который я проспал. Семь книг — по кругу. Сотый раз читаю. Я знаю, кто умрёт и кто солгал. Мне мать звонит. Я лгу: «Работы много». Не нужно ничего: ни встреч, ни дел. От кресла до порога — вся дорога. Я даже этот путь не одолел. Ещё одну главу — и я дышу. Ещё одну — весь мир опять отложен. Я ничего другого не прошу: Без них и этот вдох мне невозможен. Я выживаю. Только не живу. «Гармония». Мой Гарри — с Гермионой. Там можно всё, что жизнь не может дать. Чужая нежность стала обороной: За ней меня не смеет мир достать. Усну, лишь если им уже не больно. Чужое счастье глушит вой в груди. На эту ночь мне их тепла довольно. А после текста — некуда идти. Ещё одну главу — и я дышу. Ещё одну — весь мир опять отложен. Я ничего другого не прошу: Без них и этот вдох мне невозможен. Я выживаю. Только не живу. Сначала после книг я мог подняться, Помыть посуду, выйти за едой. Теперь я днями не могу собраться: Мне страшно оставаться здесь с собой. За дверью мама. Слышу, как стучится. «Открой, сынок. Поговори со мной». А на экране — новая страница: Там Гарри просит: «Только будь живой». Я знаю, кто из них живой. Мама — за дверью. Гарри — просто буквы. Я всё, блядь, понимаю. И всё равно не встаю. Ещё одну главу — и я дышу. Ещё одну — и мамин стук отложен. Я ничего другого не прошу: Без них и этот вдох мне невозможен. Я выживаю. Только не живу. Мне двадцать пять. За дверью стало тихо. На экране: «Продолжение следует…» Я обновляю страницу.